В воскресенье Фантоцци повел свою дочь Марианджелу на конкурс красоты. Сам-то он этого вовсе не хотел, да и его жена, синьора Пипа, была против. Девочка еще мала, ей только исполнилось одиннадцать, и вообще они не одобряли этой затеи. Но сослуживцы очень настаивали, и отказаться у Фантоцци просто не хватило характера.
Марианджела ростом не вышла, глаза у нее навыкате, зубы редкие и острые, нос крупный да и цвет лица желтоватый. Она решительно некрасива. Но для Фантоцци и Пипы их единственная дочь — свет в окошке, для них прекраснее Марианджелы нет девочки в мире. К конкурсу семейство готовилось очень тщательно. Правда, на новое платье синьора Пина тратиться не хотела, но отец души в дочери не чаял и настоял на своем, так что в субботу все трое отправились в «Ринашенте».
— Скажите, пожалуйста, где отдел детской одежды? — робко спросил Фантоцци у входа.
Второй этаж. Поднимайтесь на эскалаторе! — диктаторским тоном бросила девица из справочного бюро.
Около получаса все трое безуспешно пытались взобраться по эскалатору, который шел вниз. Видя, что самой Марианджеле с лестницей не справиться и что она вот-вот снова очутится на нижней ступеньке, Фантоцци посадил ее себе на плечо и отчаянно ринулся вверх. Синьора Пина не выдержала, сдалась и съехала на первый этаж. Тем временем целая толпа зевак с нескрываемым любопытством следила за происходящим. Стоило Фантоцци споткнуться, как раздались смешки. Он успел засбросить Марианджелу на второй этаж, а сам, распластавшись на ступеньках, медленно поехал вниз. Синьора Пина, мужественно, не говоря ни слова, помогала ему подняться. Чтобы перевести дух и унять сердцебиение, Фантоцци ухватился за колонну. Когда он пришел в себя, они с женой нашли нужный эскалатор и поднялись на второй этаж. Но Марианджелы нигде не было! Пришлось попросить, чтобы сделали объявление по радио. В конце концов ее нашли: она сидела в мусорном ящике и плакала.
Продавец в отделе детской одежды встретил их слащавой улыбкой:
— Вам для кого платьице, для этой милой крошки? Сколько тебе лет, деточка? Годика три?
— Одиннадцать, — мрачно поправил Фантоцци.
— Ах вот как! — зазулыбался продавец и потной рукой потрепал Марианджелу по щеке. Родители заспорили, какое платье выбрать: синьора Пина хотела, чтобы оно было бордовое, строгого фасона, Фантоцци предпочитал что-нибудь антиконформистское, в стиле битников. Он настоял на своем, и Марианджеле купили... матросский костюмчик со свистком на шнурке.
В воскресенье утром Фантоцци отвел дочь в парикмахерскую и в их же доме и с интересом пронаблюдал, как ей делали начес.
После обеда они отправились в театр «Фрескобальди», где проходил конкурс. Там уже собралось около трехсот ребят: на сцене суетились родители и организаторы конкурса. Динамик надрывался, призывая родителей оставить своих детей в покое и «чтить» тишь в партер. Марианджеле прикололи на рукав бирку с номером 106.
Фантоцци из толпы родителей махал руками, стараясь привлечь внимание дочки, но та, испуганная и ослепленная прожекторами, не замечала его.
— Марианджела, выше голову! — громко подбадривал он ее из глубины зала, на него шикали.
Дети по одному проходили перед столом жюри и потом собирались в кучку на другом конце сцены.
После того как прошел 95-й номер, в зал ввалилась шумная компания из «вселико-общества». Они собрались провести воскресный вечер на вилле своих друзей, но одна очень красивая, элегантно одетая блондинка, которой попалась на глаза афиша насчет «красивых детей», предложила «ради смеха» заскочить в театр «Фрескобальди».
— Через одного дойдет очередь до Марианджелы, — сказал Фантоцци жене. У него даже руки вспотели от волнения.
«Высшее общество» (у них почему-то дети всегда белобрысые и очень красивые, как у бельгийской принцессы Паолы) расположилось за его спиной.
— Марианджела Фантоцци! Номер сто! — объявил динамик.
У Фантоцци оборвалось сердце.
— Сотого нет — сбежал в туалет! — выкрикнул самый «бедный» из компании богачей, которому именно поэтому надлежало быть самым злым и самым остроумным.
Зрительный зал взорвался от хохота. Марианджела замерла посреди сцены. Кто-то из ложи крикнул: «Да это не девчонка, а настоящая обезьяна!» Хохот и крики стали еще громче.
— Чита, Чита, держи...
С галерки в Марианджелу швырнули пригоршней арахиса. Кожура от банана угодила прямо в ее новенькую матросскую шапочку.
— Синьоры, успокойтесь! — взвыл динамик.
Наступила тишина. Фантоцци решительно ринулся сквозь толпу. Он поднялся на сцену, взял девочку за руку и медленно повел ее через зал к выходу. Люди расступились и теперь смотрели на него с уважением. Когда Фантоцци с дочерью подошел к бархатной портьере, прикрывавшей дверь, все зааплодировали.
Он сел за руль и даже не заметил, что заново покрашенное крыло машины оцарапано.
Последние лучи солнца осветили мышино-серые волосы Марианджелы. «Какая красивая у меня дочь!» — подумал Фантоцци.
Перевела с итальянского
Е. МОЛОЧКОВСКАЯ
Рис. А. Бабановского